Рейнольдс против Гейнсборо. Кому из художников вы бы заказали свой портрет?

На недавно окончившейся выставке «Золотой век английской живописи» в Музее в Люксембургском саду в одном из залов кураторы разместили «лицом к лицу» работы Джошуа Рейнольдса и Томаса Гейнсборо. Более красноречивое «противостояние» двух живописцев трудно себе представить.

Автопортрет, Джошуа Рейнольдс, ок. 1750, Yale Center for British Art, Нью-Хейвен
Автопортрет, Томас Гейнсборо, ок. 1758-1759, National Portrait Gallery, Лондон

Оба художника были портретистами, оба получали королевские заказы, оба боготворили Антониса ван Дейка, оба участвовали в создании Королевской академии художеств в 1768 году. И несмотря на то, что в 1760—1770-х годах их соперничество превратилось в «общественный спектакль», художники были высокого мнения друг о друге.

Леди Бампфайлд, Джошуа Рейнольдс, 1776-1777, Tate, Лондон
Леди Бейт-Дадли, Джошуа Рейнольдс, ок. 1787, Tate, Лондон

«Если когда-нибудь наша нация породила бы гения, способного подарить нам почетное имя английской школы (живописи. — Прим. ред.), то имя Гейнсборо осталось бы в веках, в истории искусства, оно стояло бы одним из первых среди истинно английских художников», — восторгался Гейнсборо Рейнольдс. «Черт подери, каким разным может быть его стиль!» — восхищался Рейнольдсом Гейнсборо.

Было бы претенциозно попытаться рассказать о двух этих великих художниках в одной статье, но почему бы не порассуждать о том, что именно отличало портреты каждого из них. И если бы вам нужно было выбрать чью-то сторону в соперничестве живописцев, то кого из них вы бы пригласили написать свой портрет?

Мисс Монктон, Джошуа Рейнольдс, 1777-78, Tate, Лондон
Портрет женщины (возможно, Элизабет Уоррен), Джошуа Рейнольдс, 1759, Kimbell Art Museum, Форт-Уэрт

Присмотримся повнимательнее к полотнам Рейнольдса. Президент Королевской академии художеств, удостоенный титула сэра, Рейнольдс имел обширную клиентуру среди аристократов и буржуазной элиты.

Художник предпринял поездку в Италию, был поклонником исторического жанра и восхищался классическим живописцами, «работы которых выдержали испытание веками». Неудивительно, что позы и композиции его портретов перекликаются с полотнами старых мастеров.

«Сэр Джошуа Рейнольдс, соперник Гейсборо, был поклонником классических ценностей. Гейнсборо же был его противоположностью. Он писал случайные, эфемерные удовольствия», — Джонатан Джонс, в статье для The Guardian 

Портрет Анны, графини Честерфилдской, Томас Гейнсборо, 1777-1778, Getty Center, Лос-Анджелес
Фрэнсис Данкомб, Томас Гейнсборо, ок. 1777, The Frick Collection, Нью-Йорк

Гейнсборо, выходец из скромной семьи, не любил богатых клиентов, предпочитая писать портреты тех, с кем был знаком, и тех, кто был ему интересен. Художник-пейзажист, он отводил природе отнюдь не декоративную роль.

Пейзажи на портретах кисти Гейнсборо не выглядят реалистичными: он «поручает» им выражать эмоции и чувства персонажей. Иногда чересчур уж откровенно для своей эпохи, в которой парадный портрет по-прежнему призван подчеркнуть статус владельца.

Три девушки, украшающие герму Гименея (Сестры Монтгомери), Джошуа Рейнольдс, 1773, Tate, Лондон

Рейнольдс же блестяще справлялся с поставленной задачей. Стремясь возвысить жанр портрета до исторического, он придавал героям своих картин классические позы и вписывал своих персонажей в классические композиции. В некоторых его работах даже можно увидеть прямые отсылки к картинам старых мастеров.

Портрeт миссис Мэри Робинсон (Пердита), Томас Гейнсборо, 1781, The Wallace Collection, Лондон
Миссис Ричард Бринкли Шеридан, Томас Гейнсборо, 1787, National Gallery of Art, Вашингтон

Полотна Гейнсборо, напротив, скорее отражают его личное впечатление о человеке. «Это современные работы. Если определением современной работы считать субъективные эмоции художника, а не его стремление представить некие извечные факты, — пишет о Гейнсборо Джонатан Джонс. — Он так же современен нам, как современен нам Гойя. Оба с самого начала были художниками-индивидуалистами. В их картинах, даже в заказных портретах, в которых они оба преуспели, в каждом мазке отражается их личное видение, молчаливое обозрение мира умом, которому не нужно выражать свои идеи словами».

Дети семейства Маршам, Томас Гейнсборо, 1787, Gemäldegalerie, Берлин
Венецианские гуляния, 1717, Антуан Ватто, Scottish National Gallery, Эдинбург

Еще в начале творческого пути Гейнсборо узнает от Юбера-Франсуа Гравло, своего французского учителя живописи, о художнике эпохи рококо Антуане Ватто, родоначальнике жанра «галантного праздника». На фоне мифических пейзажей Ватто изображал пышные гуляния, организованные аристократами.

«Гейнсборо увидел потенциальный радикализм под развлекательной поверхностью, он разглядел, что мир Ватто полон иронии и неожиданного вмешательства реальности. Сексуальность, классовость и бедность часто присутствуют в “фантазиях” Ватто так же, как и в “фантазиях” Гейнсборо», — пишет Джонатан Джонс.

Клубничная девочка (Девочка с клубникой), Джошуа Рейнольдс, 1772-1773, The Wallace Collection, Лондон
Мисс Нелли О’Брайен, Джошуа Рейнольдс, 1762-1764, The Wallace Collection, Лондон

Присмотримся еще раз к полотнам Рейнольдса. Действительно ли они остались заложниками своей эпохи и скучны с точки зрения современного зрителя? Ответ кроется в красках его полотен. Несмотря на то, что Рейнольдс стремился к созданию портретов, похожих на «работы, которые выдержали испытание веками» (это, кстати, объясняет разнообразие стилей его картин), живописец проводил эксперименты с красками.

Он писал маслом, но часто добавлял к нему мастику, смолу, а иногда и воск, а чтобы придать краскам полупрозрачности, подмешивал к ним лак. По этой причине со временем краски на его картинах потрескались и выцвели. Однако именно этот факт демонстрирует нам, что Рейнольдс, человек эпохи экспериментов, стремился отыскать новаторские решения для английской школы живописи

Вам нравится статья? Пожалуйста, поделитесь ею в социальных сетях или станьте другом Музы на Фейсбуке и/или в Инстаграм. Amuse A Muse – некоммерческий арт-проект, созданный для популяризации знаний об искусстве и культуре. Он сможет вырасти только с вашей помощью.

Наталья Гузенко, автор проекта

Леди Уолдгрейв, Джошуа Рейнольдс, 1780, Scottish National Gallery, Эдинбург

Возможно, что именно поэтому Рейнольдс, как никто другой, понимал художественные устремления Гейнсборо.

«Определенно, все эти линии и мазки, которые при внимательном рассмотрении обнаруживаются на полотнах Гейнсборо и которые даже неопытным художникам кажутся непреднамеренными, определенно, говорю я вам, этот хаос, увиденный с расстояния, магическим образом принимает форму, и все части полотна находят свое место; причем таким образом, что сложно рассматривать эту кажущуюся неаккуратность иначе, чем намерение художника», — Джошуа Рейнольдс

Мистер и миссис Эндрюс, Томас Гейнсборо, 1750, National Gallery, Лондон

Вы удивитесь, но в некоторых полотнах Гейнсборо («Мистер и миссис Эндрюс») и Рейнольдса («Мисс Нелли О’Брайен»), стоявших у истоков золотого века английской живописи, проглядывает нечто импрессионистское…

Итак, после всего сказанного, каков был бы ваш выбор? Рейнольдс или Гейнсборо? Кому бы вы заказали написать свой портрет?

Наталя Гузенко / Наталья Гузенко
natalya@amuse-a-muse.com