Ставки сделаны. Как зеленый стал цветом непостоянства, проституток и денег

Сегодня отношение к зеленому цвету у нас положительное. Прежде всего мы ассоциируем его с природой. Однако так было не всегда. Ведь неслучайно говорят «позеленеть от зависти»! С конца эпохи Средневековья европейцы наделяли зеленый негативными характеристиками. Почему?

Несмотря на то, что красильщики к тому времени научились придавать тканям насыщенный оттенок зеленого, закрепить его на материале было непросто. С подобной же сложностью сталкивались и живописцы. Эта «ненадежность», пишет историк искусства Мишель Пастуро в книге «Зеленый», и сослужила цвету плохую службу: с ним начали ассоциировать недолговечность и непостоянство.

Иуда получает тридцать сребреников за предательство Христа, Липпо Мемми
Иуда получает тридцать сребреников за предательство Христа, фреска Липпо Мемми, XIV в., Collegiata di Santa Maria Assunta, Сан-Джиминьяно

В зеленый символически «окрасили» быстротечную юность, исчезающую красоту, недолговечный любовный пыл и неоправданную надежду. «Зазеленели» традиционно желтые обман и предательство, а также люди и профессии, которые в обществе считали маргинальными: палачи, безумцы, проститутки и (кто бы мог подумать!) циркачи с музыкантами.

Неподходящая пара, Квентин Массейс
Неподходящая пара, Квентин Массейс, 1520-1525, National Gallery of Art, Вашингтон

Мишель Пастуро отмечает, что зеленые чулки, символизирующие женщин, зарабатывающих на жизнь своим телом, можно видеть и столетия спустя – в работах таких художников, как Анри Тулуз-Лотрек, Анри Матисс или Эгон Шиле.

Женщина, подтягивающая чулок, Анри Тулуз-Лотре
Женщина, подтягивающая чулок, Анри Тулуз-Лотрек, 1894, Musée Toulouse-Lautrec, Альби
Лежащая женщина в зеленых чулках, Эгон Шиле
Лежащая женщина в зеленых чулках, Эгон Шиле, 1917, частная коллекция
Смерть скупца, Иероним Босх
Смерть скупца, Иероним Босх, 1500-1510, National Gallery of Art, Вашингтон

Зависть, один из семи смертных грехов, нередко называли зеленой (что и закрепилось во многих европейских языках), однако в изобразительном искусстве этот цвет достался жадности. Что ж, неудивительно, что со временем он стал цветом денег. Но вовсе не банкнот, как вы могли бы подумать.

Зеленый колпак, поясняет Мишель Пастуро, в Европе были обязаны носить злостные должники и банкроты. Возможно, предполагает историк, выбор этого цвета означал, что только безумцы могли пуститься в денежную авантюру, а быть может, он указывал на то, что и для этих людей существовала надежда.

Меняла с женой, Квентин Массейс
Меняла с женой, Квентин Массейс, 1514, Musée du Louvre, Париж

Как бы то ни было, Фортуну в денежных делах стали изображать в зеленом, тканями этого же цвета накрывали свои прилавки и столы ростовщики и банкиры.

В XVI веке, то есть уже в Раннее Новое время, зеленое сукно появилось на игровых столах Венеции. В самом деле, что может быть более непредсказуемым, чем азартная игра на деньги?! Уж если и делать ставки на удачу, то на зеленом!

Наталя Гузенко / Наталья Гузенко
[email protected]

Основательница проекта Amuse A Muse